1. В 70% случаев, когда я смотрю на женскую попу (имеется ввиду одетая попа в среде города), более чем 20 секунд, то становлюсь свидетелем подтягивания штанов. Возникает вопрос - сколько раз за день средняя девушка, носящая штаны, поправляет их?

2. Оказался сидящим между двумя слушающими плеер. Слева рябой армянин с циганскими напевами, а справа стильная девушка с плаксивыми надрывами. Поезд на станции стоял долго, и в звенящей тишине были слышны металлические струны сознания, куда была нацелена любимая соседями музыка. Они были разные. Но одинаковые.

3. Когда поезд останавливается в тунеле на минуту или больше, возникает ощущение, что у города перехватило дыхание. Едут люди. В большинстве своем не замечающие ничего вокруг. И вдруг стоп. Картинка внеплановая - поезд встал. И наступает непредвиденная тишина, вбивающая в здесь и сейчас. И опять-таки со всех сторон слышно шипение плеера. Каждый третий телепортирует себя по городу за счет закрытых глаз, музыки в ушах и мозжечка, протоптавшего маршрут.

Ехал в вагоне с группой бомжей. Один стоял в углу вагона. Кругом неприятный запах, спешащие на работу люди в пальто и с кейсами воротят носы. И есть от чего... Но вот что за мысль меня посетила:
этот человек жил на земле около 40 лет. Всегда ли он был таким? Что сделало его таким? Ведь когда-то он, розовый и плачущий, родился на свет...
Может он всю жизнь был оборванцем, росшим без семьи?
А может он академик, которого пнула жизнюшка?
Эти люди способны еще чувствовать? Способны увидеть в человеке напротив себе равного?
Способны еще ждать тепла от ближних? Или им этого никогда и не было нужно?

И всё-таки метро прекраснейшее место. Музыка в ушах сделала промежуток между песнями, и услышалось из громофона, что меня где-то ждут...
Вы представляете??? Совершенно незнакомый мне мужской голос вполне откровенно говорит: "...мы ждем вас ежедневно..."
Нас ждут... Ждут...
Иногда даже ПРИГЛАШАЮТ.
И всё это в метро. А тысячи спешащих не слышат этого. Так и ходят всё на работу да обратно. И слушают только чу-чух-чучух да бесконечные эллипсы одинаковых мыслей, нанизанные друг на друга.
А нас ждут...
Нам говорят об этом каждое утро, но...
мы не слышим.

Москва.
Поездка по пути Севастопольская-Тимирязевская (8:20-8:51).
Необычайно театральное действо.
Сперва все с насупленными лицами борются за место "под Солнцем", наступая друг другу на ноги и прижимаясь поплотнее телами. От станции к станции напряжение накаляется. "Мужчина, куда Вы лезете!?", "Ты что, вообще, что ли?!" или просто брутально-помпезное молчание. Всем обидно: все не выспались, утро еще раннее - жизнь не удалась, короче.
Но вот наступает Станция Согласия... Перед Серпуховской можно наблюдать блаженное зрелище: десятки лиц с приветливыми улыбками обращаются к соседу по банке: "Вы не выходите сейчас?" Те благодушно кивают. Идилия...

Я еду в метро и вижу пожилую пару. Когда-то и ты будешь таким. Кожа будет плотно обтягивать скелет, дышать будет сложнее, бегать уже не сможешь. Почему-то вспоминаются мои девочки, 7милетие тэквондистки. Сколько жизни в их глазах! Почему мало стариков с такими глазами? Почему я думаю об этом?


Чучух-чучух.
Есть человек. Вот он встал и вышел из вагона. И болье никогда ты его не увидишь. Поражает оттенком вечности слово "никогда". А ведь за этими глазами Вселенная. Разум и чувства, как и у тебя. Хочется кричать: "Вот же я! Такой же как ты! Посмотри на меня. Расскажи чем живешь. Покажи мне свой лес, а я свожу тебя насвою крышу".
День за днем я в метро...


Иногда посещает мысль: сесть на кольцевую часов в 8 вечера. И проехать три круга. Смотреть на людей. Пытаься понять их.

Получается, что ключи от этой двери всегда с собой. Но мы не открываем ее… Боясь ли, не умея ли, не думая ли. Или же открываем раз, но вместо того, чтобы войти через нее в расширенный мир, начинаем систематически входить-выходить-входить. Просто ради элемента пересечения проема.
Я вижу туман музыки… Как плавная белая гладь растекается по утренней сочной долине, так музыка течёт в моей голове…
Я вижу потоки людей, все они спешат куда-то. Входят и выходят из вагонов. На их лицах тяжесть. Их тяготит ключ от счастья, который они носят на плечах. Я вижу за стеклом вагона приоткрытую Вселенную – пару глаз, направленных в сторону. Из них струится легкий солнечный свет под ненастоящим светом подземных ламп. Толпы людей не замечают друг друга. Двери закрылись, и она вместе с глазами начинает утекать влево. На ее место приходит перрон, затем тоннель. Она навсегда покинула мои глаза, но ее свет навсегда есть в мире… Я смотрю наверх, не поднимая глаз. Сквозь потолок вагона и грунт над ним я вижу синее небо. И облака. И можно подняться туда…
Музыка обвивает тело плавными лентами. Трепетные узоры огибают меня раз за разом по хаотичным траекториям. И я лечу вокруг себя вместе с ними. Музыка помогает открывать. У нас всегда с собой. Что должно щёлкнуть, чтобы пошёл процесс, который я наблюдаю сейчас?